Harry Dresden
Гарри
telegram: @barberry_jim
Dale Cooper
Купер
telegram: @barberry_rich

- Эй-эй, парень, может, ты бы полежал еще немного? – как врач Стивен советовал бы ему полежать не немного, а прилечь насовсем, но тут и идиоту стало бы ясно, что в медицинских паттернах с этим человеком или местом что-то совсем не так, как все привыкли. Стивен не спешил считать это место неким посмертием, хотя это полностью бы оправдало смертельную рану, потому что хоронить раньше времени самого себя он точно не собирался.
Смотреть на эти раны Стивену было не слишком приятно. Он мог бы сказать, что видел в своей жизни и не такое, но это не означало, что он получал от этого удовольствие. Вот и пытался удерживать взгляд на уровне глаз Шимады, или смотреть на двух других, и еще не упускать из поля зрения женщину, и – очередное «еще» - потолок. Точнее, не так. Стивен не смотрел на потолок, но видел, как другие смотрели, а периферийное зрение свидетельствовало о том, что там зеркало. Смутные тени он замечал, и тени эти двигались синхронно с ним, а потом с женщиной тоже.

--------------------------------------------------

iCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » iCross » Личные эпизоды » Гнев — лучшее лекарство от страха.


Гнев — лучшее лекарство от страха.

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

https://pp.userapi.com/c836130/v836130075/54bb1/8_11qxwgz48.jpg

кто
› Genji Shimada
› Angela Ziegler

где и когда
› 2066 год. База Овервотч в Цюрихе.
События после конфликта братьев Шимада на Ханамуре. Агенты Овервотч нашли Гендзи, который находился при смерти.

что
› битва двух братьев закончилась поражением младшего и некоторые люди нашли способ, как извлечь из этого выгоду. Чтобы вырвать Воробья из лап смерти, пришлось усердно потрудиться. Итогом стало совершенно новое тело, новая жизнь и очередные поиски самого себя.
Ангела была не в восторге от идей своего руководства, но как доктор была обязана бороться за жизнь пациента.

+2

2

RYUUGAWA GA TEKI WO KURAU.
Ослепительной красоты драконы.
Вспышка.
Боли больше нет.
- Ещё не время, Воробей.
- Отец?
Разве он не мертв? Если Гендзи видит его... не значит ли это, что он?.. Так, а почему такой яркий свет, где синигами или сансара? Шимада же японец, с ним европейские представления о загробном мире не прокатят...
- Не время, сын. Не позволяй традициям Шимада диктовать тебе жизнь. Не дай своему брату пасть. 
- Отец. - Гендзи ничего не понимал, хотя запоминал слова отца - горячо любимого, после смерти которого он действительно скучал, хоть и пытался это скрыть за безразличием. И если касательно традиций Шимада все было просто ввиду того, что он их никогда особо не соблюдал, то вот касательно Ханзо... - Отец!
Cвет приобретает очертания ламп, ярко бивших в глаза - но Гендзи не мог зажмуриться. Силуэты суетятся над ним, взмахивая чем-то, и он чувствует запах палёной плоти и боль.
Адскую боль.
- НЬЯЯАААААААРРРГХХХХ!!!! - он хватает своей левой рукой первое, что попалось под руку, и к несчастью оперировавших его врачей это была его собственная капельница. - ХААААНЗООО!
В голове мелькают отрывки битвы с братом. Это была бойня, из шутки превратившаяся в схватку не на жизнь, а на смерть. И начал всё это Ханзо, вновь начавший лезть со своими нотациями, когда Шимада-младший просто пытался осознать, что отца больше нет! Гендзи просто не был готов! А Ханзо взялся за меч! Он... Он должно быть привез его в больницу, но у Гендзи ещё есть силы надрать ему зад...
- Что... ЧТО ЭТО?! - до него только сейчас дошло, что он по большей части не чувствует своего тела. И представьте его ужас, когда его взгляд опустился на правую руку, вместо которой сверкала металлическая культяпка, на которую по идее должны были попозже прикрепить оставшуюся кисть. Однако откуда Шимаде было об этом знать, в его то невменяемом состоянии? - ХАНЗО! Я УБЬЮ ТЕБЯ! НЕНАВИЖУ!
Его пытались усмирить, но чего не понимали эти люди европеоидной внешности, так это то, что у японца всё ещё оставалась левая рука - и он ею успешно отбивался. Клац! Гендзи свалился с койки, увлекая за собой различные шнуры и инструменты, но ему было плевать, всё, что им двигало сейчас - это боль и ярость. Даже отсутствие одной ноги его не останавливало - припав на колено, он, ухватившись за лежавшую несчастную капельницу, поднялся и подался вперед.
Как же больно. Но он должен...
Должен что?
Убить Ханзо?
Нет, это не то, он должен...
- Где... - была одна врач. Боялась ли она? Он не знал. Но она была не похожа на всех тех женщин, тысяч их, что он встречал. За неё и умереть можно было. - Что со мной... что случилось... что...
В глазах темнело, а равновесие терялось, но схватиться он за неё не посмел.
Кажется, он умрет просто так, без чести.
Кажется, его сердце отказало и ему требовалось новое.

- Что. Я. Такое.
Эта мысль циркулировала в нем с того самого момента, как он очнулся. Он не мог коснуться своего лица, потому что его руки были предусмотрительно прикованы к кровати, но видел стальные каемки вверху и внизу, закрывающие его лоб и нижнюю часть лица. А мимолетный взгляд на остальное тело заставил его неотрывно пялиться в потолок уже половину суток. Закрывать глаза тоже было сложно - сразу же представали образы прошлого.
Кажется, именно так жизнь делится на "до" и "после".
Но он вовсе не хотел этого "после".
Кто-то вошел в палату, но Гендзи не удосужился повернуть голову.
- Почему не дали мне... умереть? - упрямые японцы, если их хоть чуточку воспитали в самурайском духе, то они будут желать с честью умереть, не зная даже, что такое "смерть" и почему бы не продолжить радоваться жизни. Даже марафон "Альфа" куда лучше смерти. - Кто... вы... такие? И что. Я. Такое.
Цокот каблуков и еле уловимый запах вполне приятных духов вперемешку с лекарственными аппаратами давал понять, что это была женщина. Он слышит звуки и запахи как прежде, может, не так уж плохо всё? Нет, этот оптимизм не вернет ему конечностей.

+3

3

Его доставили на базу Овервотч в Цюрихе самолетом практически сразу после конфликта, когда Хандзо оставил брата умирать. Израненное лицо, отсеченные конечности, множественные травмы - на Гендзи было больно смотреть, пусть Ангеле и приходилось видеть всякое за свою врачебную деятельность в должности хирурга. Само произошедшее выбивало из колеи, могло выбить кого угодно. "Не может быть, чтобы родной брат сделал такое", - эта мысль не покидала доктора ни на секунду, сколько она была в операционной. Доктор все думала, что чувствовал Хандзо в этот момент. Почему не остановился? Неужели он настолько ненавидел брата, что фактически убил его? Ангеле была знакома прожигающая изнутри ненависть, но не знакомо желание уничтожить. Именно поэтому от увиденного становилось действительно страшно. Раненный солдат во время боевого задания знает, на что идет и он готов умереть ради своей цели. А битву братьев Шимада было сложно поставить с боевым заданием в один ряд. Готов ли был умирать Гендзи? Знал ли Хандзо, что все обернется именно так? "Das ist schrecklich", - только и проносилось в собственных мыслях доктора.

Овервотч давно наблюдали за кланом Шимада, и хорошо успели изучить его деятельность и его влияние. А еще Овервотч давно следили за Гендзи, даже как-то предложили ему сотрудничество, но тот отказался, сославшись на то, что ему это все неинтересно. Тогда же Ангела мельком увидела Гендзи впервые. Юный воробей, что привык получать от жизни все, что тому хочется. Ангела просила вмешаться солдат во время боя с братом. Никто не знал, чем это все может закончиться, но руководство Овервотч наотрез отказались вмешиваться в ход битвы. Им нужен был союзник - тот, кто знает устройство клана изнутри, знает всю деятельность, всех людей, что были в нем. А еще у такого человека должны были быть причины сотрудничать с Овервотч. Он должен был ненавидеть клан, хотеть его уничтожить до самого основания. Именно для этого и была разыграна вся затея. Ангела в который раз столкнулась с собственным непринятием интересов организации, но все равно была вынуждена выполнить приказ - ждать, пока не наступит подходящий момент. А после Ангела должна была сделать все, чтобы Гендзи остался живым. Только тогда от него будет польза общему делу. Да только почему он должен был отдуваться за дела Овервотч? Порой собственное разочарование в организации заставляло опускать Ангелу руки перед тем, ради чего ей приходилось работать. Но она просто не могла бросить раненного в беде. Она не могла позволить Гендзи умереть.

Высокотехнологичные протезы давно не были новостью для мира, этим никого не удивишь, но вопрос модификации целого тела - такое было впервые в практике доктора Циглер, и она не могла гарантировать стопроцентного положительного результата. Любой достигнутый успех всегда является следствием череды экспериментов, и не каждый из них заканчивается удачей. Организм Гендзи мог просто не выдержать новой нагрузки после всего, что произошло, но у Ангелы не было времени, чтобы все досконально изучить, подготовить, проверить. У нее счет был на минуты, если не на секунды. "Нам обоим придется постараться", - Ангела мысленно отвлекала себя от лишних "а если". Это помогало.

Когда операция была закончена, оставалось только ждать. Надеяться на чудо? Смешно. Даже если оно произойдет, как Гендзи воспримет случившееся? Согласится сотрудничать взамен на свое волшебное спасение? Возможно, Ангела и верила, что она делала как лучше, старалась все для этого сделать, но никогда не знаешь наверняка, как подобные изменения воспримет сам человек, пациент. Теряя конечности, многие падают духом. Теряя самого себя - как можно выжить после такого? Нужна была колоссальная поддержка и терпение со стороны, и Ангела была готова их обеспечить, но нужна ли была ее поддержка, когда родной брат тебя попросту уничтожил?

Прошел день, еще один и еще. И в какой-то момент Ангела перестала постоянно дежурить у кровати Гендзи. Она заходила в палату лишь в определенные часы, чтобы снять показания аппарата для заполнения документов строгой отчетности. И тогда это снова повторилось. Аппарат запищал, оповещая об изменениях. Гендзи снова открыл глаза, и в этот раз он был в сознании много дольше прежнего. Может, все-таки его организм справится? Просто нужно было больше времени, чем того требовали другие.

- Ты сейчас находишься в больнице в Цюрихе. Тебя привезли сюда из твоей родной Ханамуры, - доктор подошла к кровати, щелкая кнопками аппарата жизнеобеспечения. - Ты меня понимаешь? - доктор останавливает свой взгляд на Гендзи, она ждет реакции. Честно, она думала, что он снова вот-вот потеряет сознание, но этого все не следовало. Было видно, что Гендзи трудно говорить, ему непривычно это делать.

- Нужно время, чтобы привыкнуть к протезам, научиться ими управлять. Извини, что пришлось зафиксировать твои.. руки, - Ангела подбирает слова осторожно, ей не хотелось, чтобы Гендзи чувствовал, словно попал в немилость. - Ты не единожды пытался себе навредить, поэтому нужно было принять некоторые меры предосторожности.. В первую очередь ради тебя. Тебе сейчас лучше не делать резких движений, твой организм еще слаб. К тому же, из-за черепно-мозговой травмы могут быть провалы в памяти и сильные головные боли, - доктор говорит спокойно и размеренно, чтобы Гендзи успевал понимать то, что ему говорят.

- Меня зовут доктор Ангела Циглер. Ты перенес долгую и сложную операцию, Гендзи, - Ангеле отчего-то было трудно подбирать слова. Она чувствовала вину? Доктор не была в этом уверена, но нечто похожее скребло изнутри, где-то в уголке сознания. - Ты помнишь, что с тобой случилось? В какой момент обрываются твои воспоминания? Если тебе трудно сейчас говорить, тогда тебе стоит еще отдохнуть, а я буду рядом на тот случай, если ты снова.. проснешься. К тому же, у тебя был перелом челюсти, пришлось заменить ее часть на металлические пластины. Первое время это может вызывать дискомфорт, - доктор замолкает, понимания, что подобная информация может вызвать потрясения. Оставалось рассказать самое интересное - увлекательную историю о том, как вместо собственного тела у него теперь один сплошной протез. Слишком сложно.

0


Вы здесь » iCross » Личные эпизоды » Гнев — лучшее лекарство от страха.