Harry Dresden
Гарри
telegram: @barberry_jim
Dale Cooper
Купер
telegram: @barberry_rich

- Эй-эй, парень, может, ты бы полежал еще немного? – как врач Стивен советовал бы ему полежать не немного, а прилечь насовсем, но тут и идиоту стало бы ясно, что в медицинских паттернах с этим человеком или местом что-то совсем не так, как все привыкли. Стивен не спешил считать это место неким посмертием, хотя это полностью бы оправдало смертельную рану, потому что хоронить раньше времени самого себя он точно не собирался.
Смотреть на эти раны Стивену было не слишком приятно. Он мог бы сказать, что видел в своей жизни и не такое, но это не означало, что он получал от этого удовольствие. Вот и пытался удерживать взгляд на уровне глаз Шимады, или смотреть на двух других, и еще не упускать из поля зрения женщину, и – очередное «еще» - потолок. Точнее, не так. Стивен не смотрел на потолок, но видел, как другие смотрели, а периферийное зрение свидетельствовало о том, что там зеркало. Смутные тени он замечал, и тени эти двигались синхронно с ним, а потом с женщиной тоже.

--------------------------------------------------

iCross

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » iCross » Альтернатива » Same same but different


Same same but different

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://images.vfl.ru/ii/1480772712/a5dc723c/15197243.png

кто
› Khan Noonien Singh
› Irene Adler
› Stephen Strange

где и когда
› январь 2017, Лондон

что
› Очевидно, что давать Хану возможность самостоятельно передвигаться по Лондону - очень плохая идея, но возможность у него все-таки есть. Стрэндж предусмотрел многое - любые реакции Хана, любую его мотивацию, все, что может его заинтересовать, испугать или разозлить. Готов даже план действий на случай, если прямиком в Темзу упадет звездолет.
Но вот того, что Хана здесь кто-нибудь может узнать, предусмотреть не удалось.

+2

2

[float=left]http://i.imgur.com/HG6CeJp.gif[/float]

— Я приду снова… скоро… — Слова прозвучали чуть слишком проникновенно. Он это заметил. И оттого добавил: — Может быть.. — Опять ощутил какую-то фальшь, уклончивость. Шагнул к двери и уже на пороге обронил:
— Сегодня я застрелил твоего мужа…
Но за спиной
осталась
тишина.
©


Белесая улица слепа и безмолвна. Небо рассыпалось на тротуары снежной крупой и расчистилось, выдвигая на первый план лунный обруч. Темный переулок кишит ночными призраками, и они будто завывают в моменты январской вьюги, но сейчас воцарилась прогорклая тишина, от которой становится дурно. Мрак ютится не один, вместе с ним коротает время убийца в длинном пальто. Убийца мистера Нортона. Снег отпечатал следы мужских ботинок с рифленой подошвой застывшего в переулке силуэта. Черная перчатка уверенно держит оружие и жаждет спустить курок. Воздух накален до предела, в нем смердит смертью, но прохожий мужчина этого не чувствует и делает свой последний шаг. Пуля со звуком обреченности вырывается из дула пистолета, а сердце - вон из груди. Мой суженный все еще носит обручальное кольцо на шейной цепочке, но оно не спасает его от кровавого поцелуя. Мой ряженый истекает жизненным соком в придорожной грязи, и только распахнутые веки фонарей становятся молчаливыми свидетелями его увядания. Зимний воздух осколками раздирает его легкие, а изо рта вместе с хриплыми стонами вытекает кровь. Мне бы пить ее по вечерам за ужином вместо вина, наслаждаясь собственной победой.
Перчатки сложены в глубокий карман пальто. Фигура облачает себя, выходя из непроглядного мрака, в секунду похолодевшими пальцами спускает вязаный шарф с лица и подходит к телу мужчины. - Спи сладко, мой милый. - голос, полный истомы, звучит для умирающего так знакомо, и он убийственнее всяких пуль. Кто бы мог подумать, что я способна на подобное злодеяние.
Сегодня я застрелила своего бывшего мужа. Он, держа на меня обиду за тяжелый бракоразводный процесс и изъятие половины имущества, не давал мне жизни по моем возвращении в Америку, а теперь нашел меня и в туманных сводах священной английской земли. Что же, за грехи стоит расплачиваться при жизни, ведь я не верю в небесный суд. Всегда буду с дрожью вспоминать его истязания в браке, и вот результат - то, что он из меня вылепил, сейчас без зазрения совести выпустило пороховую гостью в область его сердечной мышцы.
Удаляюсь вон, подняв широкий воротник. Следы от жестких ботинок, которые вместе с орудием убийства последуют в мусорный бак, предательски меня выдают, но синоптики обещали очередную морозную стужу. Ветер начал отчаянно нагонять пепельные тучи и застилать небо единым полотном - похоже, их прогноз сбудется. Завтра к утру в газетах напишут, что гражданин Соединенных Штатов Джермэйн Нортон был застрелен в одном из тихих кварталов северного Лондона, а убийца не оставил никаких улик. Даже если в деле всплывет мое имя, то только в качестве бывшей жены, около десяти лет назад отсудившей у погибшего добрую часть состояния и кругленькую сумму за бытовое насилие. На самом же деле, я та, кто отнял у него не только деньги, но и жизнь.

[float=right]http://i.imgur.com/QAEHs8T.gif[/float]

- Oh father, tell me, do we get what we deserve? We get what we deserve.
You let your feet run wild. The time has come as we all go down.
But before the fall, do you dare to look them right in the eyes?
'Cause they will run you down,
down to the dark.
©



Старый год едва ли пестрит итогами. Все так серо и неприветливо, даже легкие шелка одеял и подушек гвоздями врезаются в позвоночник и голову. Вчера мне казалось, что с убийством Джерри я вздохну полной грудью, ведь более никто не посмеет мне докучать вечными безрезультатными преследованиями и угрозами заточенными лезвиями ножей, по крайней мере, сейчас. Но пресловутое «лучше» не наступило и вряд ли когда-нибудь наступит. За ночь на город обрушился большой снег; он бережно накрыл уставшие от машин дороги, скелеты деревьев, тело мистера Нортона, следы от моих широких шагов и его предсмертное «Ты...». Я думаю обо всем, размешивая полторы ложки сахара в зеленом чае с лимоном, бросаю бессмысленные взгляды за окно уютного кафе, в котором нахожусь, и считаю проезжающие такси. Люди на улице жмутся друг другу не по своей вине: гололед выхватывает твердую землю из-под ног и сводит незнакомцев вместе. Непроизвольный тактильный контакт, небрежно брошенное «Извините» и наигранная улыбка - все, что они могут друг другу дать. Не могу припомнить, когда в последний раз посещала кафе такого типа. Видимо, моя натура, перманентно жаждущая шика и блеска, обрамленного позолоченными вензелями, дорогими гобеленами и коллекционным алкоголем, мерно разлитым по хрустальным фужерам, потребовала резкой смены декораций. Так странно, но здесь, в этом маленьком заведении, где по углам расставлены вечнозеленые растения, а посетители - простые люди без должностей в правительстве, я чувствую себя несказанно комфортно. Не помню, когда наступил момент, заставивший сменить меня кнут на пряник, но теперь я воспринимаю это как данность. Характеризует ли подобное меня, как человека, ищущего успокоение в мирской суете? Может быть.
Счет уплачен, запах пряностей и теплота - не столько воздуха, сколько обстановки - остаются за плечами. Багрянец на щеках снова вспыхивает из-за встречного ветра, и я меряю шаги в сторону главной площади. Слоняться по городу без дела, когда тебя никто не ждет на пороге дома - самое правильное занятие, самое верное, и поэтому я продолжаю путь.
Столкновение, почти лицом к лицу. С главным страхом, с причиной громкого фиаско, с огнем моих бурных фантазий. Я узнаю его лицо всегда, и эти острые скулы - о, о них даже пальцы порезать не жалко. Шерлок? Волосы, непривычно прямые и зачесанные назад, иная одежда, совсем иная, - ни шарфа, ни твидового пальто - злостный прищур, походка резкая и уверенная. От него веет холодом, но черты лица... никогда встречала такого же идеального сходства. Разум решил разориться на жестокую шутку, и я принимаю ее за правду.
Мне бы истязать его плетьми. Привязать мужественные руки к изголовью кровати самой жесткой веревкой и упиваться пронзительными стонами. Ему бы понравилась наша маленькая невинная игра, он бы просил еще через час-другой, переведя дыхание. Для Шерлока это - еще один эксперимент, а для меня - экзорцизм собственных желаний. Закрываю глаза и невольно переношусь на пять лет назад во времени, прямиком в вечер у камина, когда он сжимал мою руку, а я прирученной львицей сидела у его коленей и в который раз задавала один и тот же вопрос: «Вы поужинаете со мной?»
Незнакомый мужчина с внешностью главной ошибки всей моей жизни пробирается сквозь толпу, расталкивает зевак и переходит дорогу на красный свет под бурные сигналы автомобилей. Если он не Шерлок, то кто же тогда? Мой вопрос не получит ответа, пока я сама не разведаю о нем хоть крупицу информации. А если это прикрытие для очередного громкого дела, и мое появление омрачит и даже усугубит ситуацию? Хватит тешить себя догадками. Я набираю шаг и следую за незнакомцем, стараясь соблюдать дистанцию и оставаться незамеченной.
Сверху вновь осыпается ледяное кружево, каждое движение сопровождается хрустом, а всякий выдох - облако молочного дыма.
Игра начата?

[AVA]http://i.imgur.com/4r3XeZX.png[/AVA]

Отредактировано Irene Adler (2017-01-21 18:35:19)

+3

3

Запертый в этом городе, в чужой реальности, во времени, где даже космос не освоен настолько, чтобы подальше убраться с этой чертовой планеты. Хан невольно вспоминал далекое прошлое. Конец двадцатого века, Евгенические войны, ему пришлось на триста лет погрузится в сон, но для чего? Чтобы снова вернуться в это же время, более того, совершенно не развитое и не приспособленное для космических путешествий. Миллиардное население планеты, вынужденное коротать свое существование на маленьком одиноком шарике под названием Земля в бесконечной вселенной. Честно говоря, Хан даже не был уверен, что в этой реальности вообще существует жизнь за пределами этой планеты. Хотя по изученным сводкам можно было смело сказать, что вторжения на Землю из других реальностей происходило постоянно. Стрэндж... Человек, как две капли похожий на него, единственный, кто мог вернуть его в свое время к тому самому ангару Звездного флота, где, в криокапсулах, продолжали томиться члены его экипажа, его семья. Единственные люди, к которым он был привязан, за которых нес ответственность, и которые могли помочь привести Вселенную к миру. В этой реальности Хану было настолько тесно, что, казалось, нечем дышать. Нужно было вернуться, забрать свой экипаж, ускользнуть от Звездного флота и отправиться бороздить просторы космоса и да, отомстить вулканцу за его дерзость, что посмел так обставить самого Хана Нуньен Сингха, заставил поверить, что вся его семья уничтожена. Но что можно сделать, находясь здесь, посреди прошлого? На самом деле, разум Хана генерировал один план за другим, от использования и манипулирования самим Стрэнджем, что было в принципе не так уж сложно, учитывая, что он человек, а значит, не лишен слабостей, нужно их только отыскать. Также имелся вполне неплохой кадр и также как две капли воды похожий на бывшего завоевателя Шерлок Холмс. И еще было бы совсем хорошо найти человека или устройство (а также возможно собрать ему самому), которое помогло бы ему оказаться в нужной реальности и нужном времени. На все это требовалось потратить много усилий, но главное уже случилось - Хан разбужен, снова, а значит, теперь осталось дело за малым, и он снова приступит к работе, для которой и был когда-то создан, как и другие представители его расы.
Снег укрывал Лондон, навевая только тоску и мысли о том, что перемещаться по городу в такую погоду будет весьма проблематично. Пришлось сменить одежду, чтобы не выделяться в толпе, а также выскользнуть из-под пристального внимания Стрэнджа и приступить к разведке, к поиску нужных ресурсов. Еще немного, и он вернется к своему экипажу, а история с доктором останется далеко позади. Хана до сих пор удивляло наличие в точности похожего на него человека. Но у природы с фантазией обычно туговато. Да и сам Хан был создан искусственно, кто знает, откуда была взята основа для генетического кода, который потом усовершенствовали. Единственное, такая похожесть несколько раздражала. Хан привык думать, что он уникален - во всем, и появление почти близнеца точно к настроению плюсов не добавляло. Спеша по своим делам и почти не обращая на возгласы и сигналы местных транспортных средств, Хан как раз раздумывал над тем, возвращаться к доктору или стоит попытать счастья в другом месте. Но как никак, Стрэндж пока был единственным, более-менее подходящим человеком для переправки в нужную реальность. Поэтому, как бы не хотелось ускользнуть от него окончательно, пока это было нелогично. Переходя дорогу и обдумывая очередной шаг, он вдруг уловил на себе чей-то пристальный взгляд. Нахмурившись, Хан продолжил путь, теперь уже переключая все внимание на возможную слежку. Его просто физически не могли тут узнать, только если кто-то из его же реальности прибыл следом. Такой вариант развития событий присутствовал, хоть и был маловероятен, поэтому необходимо соблюдать крайнюю осторожность, снова попасть в криокапсулу точно не входило в его планы.
Снег ухудшал видимость, но пройдя несколько переулков, Хан, наконец, вычислил следящего за ним человека. Затерявшись в толпе и свернув за угол, он замер, намереваясь поймать и узнать, кто нанял наблюдателя и что тот знает, а затем, скорее всего, просто устранить. Дождавшись, когда следящий с ним поравняется, Хан резко схватил его за плечо и затянул в переулок, прижимая к стене.
Наблюдателем оказалась... женщина. Шикарно выглядящая даже для такой холодной погоды, дорогой парфюм, по всей видимости не менее дорогая одежда. Очень сильная характером, скорее всего, обладающая большими связями. На миг Хану даже пришла идея поиграть с ней, использовать, чтобы через нее выйти на кого-то, кто сможет ему помочь. Эту возможность отбрасывать не стоило, но для начала все-таки нужно выяснить за какую команду играет его наблюдатель. Он прижал ее теснее, перекрывая все попытки к отступлению, внимательно изучая каждую черту ее лица, пытаясь отыскать в памяти кого-то похожего, но пока не находя. Как она на него смотрела... Испытывай Хан хоть какие-то чувства, то сейчас его разум был бы затуманен. Эмоции этой женщины можно использовать в будущем, если, конечно, не придется ее устранить.
-  Кто ты? - его голос звучал как всегда плавно и спокойно, пальцы медленно скользнули по плечам к шее, обхватывая и сжимая. Она его точно узнала, но он никак не мог вспомнить ее лицо, что было невозможно. Хан обладал идеальной памятью. - Почему следила за мной? - пальцы сжались на тонкой шее еще сильнее, их лица были настолько близко, чтобы никто не заметил насилия и принял их "беседу" за встречу влюбленных. Хан смотрел ей прямо в глаза, пытаясь прочесть, понять, узнать и увидеть в них все. - Советую отвечать, иначе мне придется тебя убить, прямо здесь, - его глаза сверкнули холодной яростью, а губы оказались прямо напротив ее.
Интересно, может эта женщина слабость кого-то из похожих на него людей, тогда ее вполне можно использовать в дальнейшем.
-  Хотя кое-кому точно известны ответы на мои вопросы.
По крайней мере, Стрэндж был в шаговой доступности. У него вроде имелся предмет обожания, но кто его знает. Учитывая его довольно роскошный образ жизни в прошлом, а о докторе Хан постарался узнать все, что только можно, в его бывших вполне могла оказаться подобная роковая женщина.
Он разжал пальцы на ее шее, выдыхая, и снова крепко взял за плечо, резко притянув к себе, а затем тихо, спокойно произнес, будто говорил о погоде.
-  Попробуешь сбежать - убью.
Хан ни на миг не ослабил захват, не дал даже возможности для попытки к бегству, доставив пойманную девушку к доктору. Но даже войдя в помещение, продолжал держать ее при себе, понимая, что лучше в данном случае не сбавлять бдительность.
-  Стрэндж, ты случайно не знаешь, кто это? И почему она меня узнала?

+2

4

there is one for the sorrow
and two for the joy
and three for the girls
and four for the boys

there's five for the silver
and six for the gold
and seven for the secrets
that are never to be told

Санктум Санкторум. Двадцать метров в высоту, протяженность в пятнадцать вдоль улицы, угол с двумя номерными табличками, и еще с десяток метров под углом. По восемь окон на каждом этаже по одну сторону угла и по шесть по другую, плюс одно большое, панорамное, под самой крышей – в том кабинете, где обычно можно найти доктора Стрэнджа. Так Санкторум выглядит снаружи, когда называется городским реставрационным центром, но немного иначе дело обстоит внутри. Первый этаж вполне приличный, с классическим английским холлом и двумя колонами под мрамор, с трехступенчатым подъемом и расходящимися по обе стороны коридорами, с высокими деревянными дверями и латунными ручками, с узкими подоконниками и картинами в узорчатых рамах. На некоторых дверях тут даже есть таблички, а кое-где имеются и сами помещения, но по большей части можно пытаться вскрыть замок всеми способами, прежде чем убедишься – это бесполезно. Такое дело обязательно озадачило бы взломщиков и преступников, когда бы им вздумалось посетить это место, но поскольку они сюда и не наведывались, никто не мог знать, что некоторые двери в реставрационном центре ведут в глухую стену.
Второй этаж, если кому-либо вздумается туда подняться после невероятно скучного первого, представляет собой нечто более приятное. На полу здесь синие ковровые дорожки, на окнах занавеси в пол, между окнами канделябры под электрические свечи, и двери тут пошире – каждую можно открыть, но не с каждой стоит это проделывать. За дверями чаще всего жилые помещения, иногда классы-кабинеты или даже интерактивные аудитории, в конце обоих коридоров широкие холлы, один из которых с диванами и широкоформатной плазмой, а другой с артефактами и книгами. Стоит ли говорить о том, что на второй этаж Санкторума попадает далеко не каждый?
Последний этаж – сплошная фикция. Лестница выводит к двери, окованной железом и обложенной изразцами. Сама эта дверь как произведение искусства, можно изучать ее несколько часов к кряду, а все равно не надоест. И открывается она легко, по первому толчку, хотя с виду выглядит так, что придется хорошенько привалиться плечом, чтобы хоть на миллиметр сдвинуть створку. За этой дверью короткий коридор, больше похожий на низкий тоннель, в конце – еще одна дверь, ведущая в небольшого размера зал с высоким потолком.
По этому залу сразу ясно, что реставрационным центром тут даже не пахнет. Посередине небольшое возвышение с подставкой, две двери, не считая той, через которую вы вошли. За этими дверями расположены короткие коридоры, как близнецы похожие друг на друга, и такие же похожие кабинеты с круглым панорамным окном. Один в Лондоне, другой в Катманду, третий в Нью Йорке.

Именно в ньюйоркский кабинет Стивена Стрэнджа, предварительно протащившись по первому этажу, лестнице и верхнему залу Санкторума, около шести вечера и вломился Хан вместе со своей жертвой.
В первый момент Стивен замер, не понимая, происходит ли это на самом деле или только снится ему в кошмарном сне. Во второй момент он чуть шевельнул плечами, чтобы мантия потихоньку сползла у него с плеч и не бросалась красным пятном в глаза незнакомке. Потом доктор поднялся из-за стола, но смотрел он не на женщину, а на Хана, и если бы магия включала способность убивать взглядом, позади него уже имелась бы аккуратная темная дыра в стене.
- Случайно не знаю. А ты случайно не слышал, как я говорил тебе не приводить сюда посторонних, а если приводить, то оставлять их внизу? Или ты случайно собираешься ее убить сразу после этого разговора?
Выплеснув первую волну недовольства, Стивен вышел из-за стола и тогда уже смог лучше рассмотреть эту женщину. В первый момент показалось, что ее лицо ему знакомо, но идентифицировать с кем-то конкретным ее черты никак не получалось. Может быть, кто-то из знакомых семьи, из разряда «друзья друзей», с которыми встречаться можно только на крупных семейных мероприятиях (не подходит, последнее мероприятие такого рода, которое посещал Стивен – это похорон); может быть, она бывшая его пациентка или чья-то родственница, тогда Стивен мог бы встречать ее в больнице. Пациентов у него была уйма, и он никогда не трудиться запоминать их по лицам или именам, но вот беда – женщина была слишком привлекательной, чтобы ее не запомнить, так что и этот вариант можно было отбросить.
- Простите моего друга, мисс, он долгое время провел в полной изоляции и еще не освоился в обществе, наверняка он не хотел быть с вами грубым. А он был, верно? Это ни для кого не секрет. Его зовут Хан, а мое имя Стивен Стрэндж, но не трудитесь это запомнить, наши имена вряд ли вам еще пригодятся.
Он уже почти подошел вплотную к Ирэн, когда в голову вдруг совершенно неожиданно пришла новая мысль: что, если это – женщина Шерлока? Доктор глянул на нее по-новому, чуть склонив голову к плечу, но тут же едва не фыркнул вслух. Она – и женщина Шерлока? Смешная штука. В понимании Стрэнджа Шерлок мало что знал об отличии мужчин от женщин, ну разве что в сухой теории.
Стрэндж смотрит на Хана, ловя себя на мысли, что он не особенно на него сердится, хотя должен был. Отматывать человека назад – это не раз плюнуть, и не дважды щелкнуть пальцами: всякий раз это чревато последствиями и опасностями, и Стивен как мог избегал того все то время, что вообще владел артефактом. Но тогда у него не было Хана, а значит, не было и проблем.
«Жаль, - думает он, - что я не умею стирать память. Скольких бы проблем удалось избежать».
О да, в первую очередь доктор сделал бы это с памятью Хана, сделав из него нечто послушное и покладистое. Впрочем, так легко он рассуждал об этом только сейчас, когда никаких способностей к манипуляциям с чужой памятью у доктора не было: пожалуй, попади такой инструмент в его руки, он бы тысячу раз подумал над тем, стоит ли им пользоваться, и в конце концов пришел бы к выводу, что нет. По крайней мере, когда дело касалось Хана. Что до Ирэн – этот вариант по-прежнему оставался хорошим и подходящим, и уж намного более безопасным, чем путешествие назад во времени.
- Хан, ты запомнил место, откуда ее взял? Нам важна конкретика. И я прошу тебя, больше не делай этого… иначе ты вообще из Санкторума не выйдешь. Разве я должен учить тебя пользоваться мобильным телефоном?

+2

5

среди миров
я видела как чья-то тень,
расправив плащ,
застыла глухой стеной.

Жизнь жаждет подкинуть невероятный сюрприз, когда совсем его не ожидаешь.
С каждым новым шагом я понимаю все четче, что вмешалась в странную и, по сути, необъяснимую игру, устроенную ни мной, ни таинственным незнакомцем, а господином Случаем, который сейчас довольно потирает руки и смеется над нами двумя. Секунды текут меж костяшек пальцев, под стать золотому песку, и ко мне приходит уверенность в том, что предмет моей слежки совсем не тот, за кого я, поначалу, его принимала. Что же, чем дальше, тем интереснее.
Путаюсь в шагах, сбивая привычный ритм ходьбы, чтобы скрыться в толпе от вездесущего взгляда виновника моего приключения. Он заметил, что за ним уже несколько кварталов кто-то следит. Кто-то слишком неопытный, любящий спешку и оттого слегка неаккуратный в своих действиях. Я оплошала, наведя на себя беду, но так же готова принять наказание, каким бы серьезным оно ни оказалось.
Потерять его на миг, увеличить шаги вдвое, потерять контроль над собой, быть схваченной с поличным, потеряться в снежной мгле переулка. Все происходит быстро, по щелчку пальцев, одним мощным движением руки. Он прикасается к плечу, выхватывая меня из потока людей, тянется выше и вцепляется в шею, так жестко, будто хочет услышать хруст ломающихся под цепкой хваткой костей. Я чувствую себя птицей в ловушке, пойманной силком за горло из-за собственного любопытства. Мышцы напряжены, дышать становится тяжело, то ли от сильного давления, то ли от непередаваемого ощущения близости лиц. Я смотрю на него, вычерчиваю взглядом линии от пронзающих голубизной глаз до хитростного изгиба губ, желаю пошевелиться, прикоснуться, почувствовать, пропустить через себя шквал подступивших эмоций, но он не оставляет мне ни малейшей возможности. Лишь засыпает вопросами, хочет знать, кто я такая и зачем за ним увязалась. Можно ли расценить такой ход как высшее проявление своего джентльменского "Я"? Разузнать о дамочке немного больше, прежде чем, прежде чем...
убить.
- Произошла какая-то ошибка, - приподнимаю голову и пытаюсь вдохнуть колкий воздух. Уже не чувствую холода, лишь жар от ладоней, током пробирающий горло. Он так напорист и щедр на угрозы, а мне интересно, до чего дойдет наше доброе общение. - Вы напомнили одного моего давнего знакомого, но я обозналась. - стоит ли далее играть невинную девочку, жертву предрассудков и личного наваждения? Такое ощущение, что он знает обо мне все, и даже не имеет смысла тратить время на пустые реплики.


На обычных знакомых не смотрят так, как это делаешь ты, Ирэн. Обычных знакомых не представляют под музыку постельных гимнов, их не вожделеют, и перед ними биение сердца течет в привычном темпе. Тут все не так просто, далеко не просто. Хватит обманывать себя, хватит возносить меж собой и детективом, что разгадал тебя как кроссворд в утренней газете, невидимую стену из безразличия, опираясь на количество прошедших лет. И хватит винить себя в том, что только выхватив его - нет, это не он! - волевой профиль из толпы, сразу бежишь на красный, торопливо расталкивая прохожих, даже не извиняясь. Не заставляй общество думать, что ты теряешь манеры, теряешь лицо, свой непревзойденный образ, саму себя. Это так низко, осознавать, что Женщина, такая как ты, готова поддаться. Какое мерзкое слово, "поддаваться". Это неправильно. Так не должно быть.


- Куда мы направляемся?
Мужчина тащит меня за собой, а я гадаю, остался ли легкий след пятерни на горле. Жадный глоток воздуха, чтобы перевести дыхание. Твердая рука теперь на плече, и мы рассекаем путь в неизвестном для меня направлении. Что-то лепетать себе под нос бессмысленно, он ничего не ответит, потому что, видимо, уже решил, что со мной делать. В голову приходят самые разные мысли, нелепые, ужасные, абсурдные, но имеющие место быть. Я осведомлена о плодовитости родителей Холмсов, о том, что детей в семье четверо. К сожалению, о загадочной сестре до недавнего времени не знал сам Шерлок, но нам с ней довелось провести несколько очаровательных бесед, подробности которых, пожалуй, должны оставаться в секрете. Смею предположить, что этот мужчина, волочащий меня по снежным улицам и способный пронзить импульсом страха лишь неосторожным взглядом, может являться пятым в самой неординарной семье нашего времени. Только представьте - брат-близнец потерянного в чертогах разума сыщика, полная его противоположность, тайное оружие британского правительства, человек, не знающий пощады и привыкший идти по головам. Как еще трактовать непередаваемое сходство между ним и Шерлоком? Неизвестность истязает меня, неизвестность приводит в свое просторное логово.

а в этой башне истинное волшебство
и тот, что с глазами речной воды.
а я жду беды, но прежде всего
это что-то из моего сердца.

Мой захватчик скрывает свое имя, может, от забывчивости, а может, от уверенности в том, что я - засланный шпион и без его вмешательства в разговор знаю, кто он такой. Очень скоро все станет на свои места, а пока что повторная угроза в мой адрес лишь заставляет тяжело выдохнуть и пропустить мимо механизма осознания мысль "Из-за Холмсов в моей жизни одни проблемы". Светофоры, шум улицы, коридоры здания, его лестницы, двери - все это остается за спиной, и впереди меня поджидает полнейшее безумие, которое не поддается пониманию человека в здравом уме.
Их двое. Две выточенные до превосходства копии с идентичным строением лица. Два клона, созданные машиной по штамповке человеческих оболочек по заданным параметрам. У Всевышнего закончились идеи, и он решил одарить нескольких страдальцев лицом наркозависимого с затяжными приступами гениальности? Или это закон эволюции, подразумевающий высокую выживаемость индивида с определенными физическими чертами?
Будто за дело взялся один актер, искусно примеривший два разных образа, но не пользующийся гримом. В своей жизни я встречала похожее явление и даже с ним сотрудничала. Едва ли удачно, но наша "дружба" уже пережила многое, включая мою неудавшуюся кончину. Имя у явления, разумеется, присутствует и укладывается в восемь букв, сплетенных под стать паучьей сети, - Мориарти - но честнее называть двух братьев именно явлением, феноменом, никем не изученным, так как вряд ли на свече существует человек, нашедший в себе силы и знания дать точное определение их личностям, колеблющимся в значении "плюс-минус бесконечность".
Другая дама на моем месте театрально свалилась бы в обморок, но во мне лишь разгорается невероятный интерес. - Это шутка? - какая же это шутка, милочка, они слишком хороши для того, чтобы быть всего лишь шуткой.
Теперь мне известны их имена. Хан и Стивен - такое ощущение, что эти двое взрослых мужчин решили принять участие в конкурсе двойников Шерлока, да были отбракованы членами жюри. Что странно само по себе, так как - не устаю повторять в миллиардный раз - сходство превосходное. - Очень приятно, мистер Стрэндж, Хан, - почтенный кивок в сторону говорящего, затем, в сторону все еще держащего меня за плечо. Да, от мертвой хватки Хана на коже выявится синяк и пару недель будет напоминать мне о произошедшем инциденте. Можно уже отпускать. - О, напротив, он был очень нежен и чувственен, когда прижал меня к стене всем телом на глазах у прохожих. Правда вот... на шее теперь красуется след от его руки, но не стоит об этом беспокоиться, - изгибаю губы в легкой улыбке, чтобы умерить напряжение, витающее в воздухе. Понимаю, что действительно забыла о манерах и не представилась. - Простите за бестактность. Меня зовут Ирэн Адлер, и я искренне рада нашей встрече. Понимаете ли, ваш друг, мистер Стрэндж, - голова прямая, несколько шагов по направлению к мужчине, несколько мгновений назад отбросившим роскошную рубиновую мантию, - напомнил мне одного доброго приятеля из прошлого, да так сильно, что я решила устроить слежку. Не самый верный ход, но иначе любопытство не утолить. А теперь я и вовсе озадачена, ведь Вы обладаете такой же умопомрачительной внешностью.
Мужчины зачинают спор, из которого я выхватываю довольно странное словцо - Санкторум. Проклятый вечер уже излишне безумен, и большей смысловой нагрузки он не потерпит, но я желаю объяснений, самых полных и, желательно, разумных.
- Не хочу вас прерывать, но, все же, потрудитесь объяснить, свидетелем какого конкретно парадокса я невольно оказалась.
Фантастика, да и только.
[AVA]http://i.imgur.com/4r3XeZX.png[/AVA]

+2

6

Хан игнорировал ее вопросы, пока они преодолевали улицы заснеженного Лондона. Чем меньше эта женщина о нем знает, тем лучше для нее. В итоге всегда можно избавиться от лишних свидетелей, если будут уж слишком путаться под ногами. Она, действительно, была прекрасна, такой союзник ни за что бы не помешал, скорее наоборот, может удалось бы избавиться от влияния Стрэнджа. Хан терпеть не мог зависеть от кого-то, а вот если бы чья-то жизнь зависела от его воли... О да, этот расклад ему нравился гораздо больше. Тем более, настолько сильная характером женщина, управлять ей будет непросто, но возможно даже не придется применять силу, учитывая, что Хан очень сильно похож на предмет ее обожания, это хорошо видно по глазам, чувствуется по поведению. Однако охотничий азарт так и не отпустил. Бывший завоеватель убьет ее, конечно, если придется, но сначала нужно использовать все плюсы подобного знакомства.
Как и ожидалось, Стрэндж был весьма недоволен неожиданным явлением Хана в компании незнакомки. По его взгляду сразу можно было понять ,что он тоже видит эту женщину впервые, значит, оставался один вариант - Шерлок. А вкус у детектива, надо сказать, весьма неплохой, чего нельзя было сказать при первой встрече. Но люди всегда остаются людьми, будь они хоть трижды социопатами и гениями. Ты не можешь испытывать чувства и влечение только в том случае, если тебе их искусственно отключили, как случилось с Ханом, когда его создатели решили убрать любые отвлекающие факторы, и полностью отдать его расу на осуществление цели. Но вот сами люди своим инстинктам если и сопротивляются, то рано или поздно все равно находится человек, который рушит всю их тщательно создаваемую защиту, в моральном смысле, конечно. Хан очень хорошо знал людскую натуру, однако большинство их эмоций ему было недоступно, но на них всегда очень хорошо играть. Прямо целый оркестр, потянешь одну струну - и ворохом различных реакций отзовутся другие. Если знать, куда надавить, можно добиться любых результатов, что чаще всего Хан и делал. Порой войну можно выиграть не только силой, моральное поражение бьет куда как мощнее. Хан никогда не был маньяком, которого будоражит вид льющейся крови и горы дымящихся трупов, он просто не понимал этих ощущений, не испытывал ничего подобного. Просто, если на пути возникало препятствие, которое никаким другим способом, кроме открытой конфронтации нельзя было устранить, то Хан просто действовал. И ему никогда не было важно, сколько жертв будет - сотни или тысячи, - ему всегда был важен исключительно результат. Благо, сверхчеловеческие возможности позволяли ему с легкостью одолевать почти любого противника. И даже сейчас, когда он попал в этот мир, стоит только начать действовать и он выберется в свое измерение. А может, использовать эту женщину и с помощью нее попытаться влиять на доктора, а также и на детектива. Стоит подумать над этой комбинацией, игра будет сложной, как и всегда это было с людьми, они могли вытворить что-то совершенно непредсказуемое и приходилось начинать с начала, но возможно, в итоге все получится как нельзя лучше.
Хан лишь холодно взглянул на доктора и легко кивнул, подтверждая, что в случае чего может легко свернуть шпионке шею, и все проблемы будут решены. И чего он вообще так завелся, все же просто. Хотя нет, у людей ничего не бывает просто, примешиваются эмоции, чувства вины и прочая шелуха, которая только трезво думать мешает. Между прочим, эта дамочка могла и великого чародея вычислить, так что угроза была обоим, пусть радуется, что эта самая угроза теперь у них на виду и ее вполне неплохо можно допросить. Женщина тем временем смотрела во все глаза. А, ну да, они ведь похожи, как близнецы, а о клонировании в этом времени хоть и слышали, но местные "этические" законы запрещают подобные эксперименты проводить. Люди, любят же они усложнять себе жизнь.
-  Может ты ей еще воспоминания из детства начнешь рассказывать? - Хан тяжело выдохнул. Отлично, теперь эта женщина знает их имена. Мысли об устранении казались все более привлекательными. Конечно, она запомнит их имена, более того, она явно потом используется своими связями и банальным поисковиком, чтобы узнать всю их подноготную. Доктор, сразу видно, что в подобных делах опыта ему не хватает. Это его стремление быть галантным тоже можно будет использовать при случае. Чем больше они находились рядом, тем лучше Хан его узнавал, а значит, вскоре мог провернуть нечто подобное, что удалось однажды с адмиралом Маркусом. Стоит только найти нужную струну, нужную кнопку и вуаля, Стрэндж сделает для него все.
-  У меня совершенная память, - сухо отозвался Хан. - Лондон, 187 North Gower Street. Думаю, это достаточно конкретно. Мобильный? Эти технологии слишком примитивны для меня, - бывший завоеватель выдохнул, вспоминая, как пытался хоть немного разобраться в местном устройстве связи. - Зачем столько лишних функций в коммуникаторе? Это мне непонятно, - в его мире, конечно, было столько девайсов на разные случаи жизни, что и не перечислить, но все было достаточно органично скомпановано, здесь же - полный примитив, одним словом. - Тем более, я решил, раз уж она меня приняла за кого-то, то это можешь быть ты или Шерлок, или еще кто-то, так что лучше уж один раз увидеть, чем связываться через сеть, которую к слову, могут прослушивать, - это была еще одна причина, по которой Хан вообще избегал лишних переговоров, в ближайшее время он собирался собрать свое устройство для связи, чтобы избежать даже намеков на обнаружение. Хорошо, что местные технологии все-таки позволяли подобное, и хорошо, что его не занесло в каменный век.
Хан все еще держал женщину около себя, внимательно вслушиваясь в ее голос. А она хороша, постепенно старается снять напряжение и ослабить их бдительность. Но с Ханом такое не пройдет, однако стоит понаблюдать как на все это реагирует Стрэндж. Ирэн Адлер. Нет, эта женщина точно не принадлежит его миру, скорее всего, исключительно местному, и явно связана с детективом. Хан лишь нахмурился, когда она задала вопрос насчет их поразительно схожести. Хотел бы бывший завоеватель и сам знать, что за капризы природы тут творятся, однако, эта тема все еще оставалось открытой. Можно предположить с десяток вариантов, и почти все они могли оказаться верными. Поэтому он решил оставить объяснения на Стрэнджа. Вообще понаблюдать за поведением этих двоих будет весьма интересно. И если уж Хан взял на себя шаблонную модель так называемого "злого копа", то надо дать сыграть доктору "доброго". Тогда они с легкостью смогут узнать, кто она такая, и что на самом деле замышляет.

Отредактировано Khan (2017-04-04 11:07:27)

+2

7

О, как достойно держалась эта женщина. Стивен, в отличие от обоих своих друзей, умел оценить женское поведение даже больше, чем их внешнюю привлекательность, и всегда ему казалось, что ни Хан, ни Шерлок (непонятно, кому из них подошла бы приставка "тем более") не сумели бы рассмотреть хоть что-то интересное в ком-нибудь из представительниц женского пола. Теперь эта мысль получила подтверждение в лице Хана, который вел себя с мисс Адлер так, будто даже не замечал в ней человека, но была опровергнута по части Шерлока Холмса. Кто бы мог подумать, что он заводит себе вот таких "добрых приятелей"! Или - тут доктор немного себя осадил и нахмурил брови - она из мира преступлений, с обратной стороны Лондона. Тогда этому есть некоторое объяснение, но прямо сейчас Стрэнджу откровенно все равно, чистые или нет у нее помысли. Она держалась достойно, все остальное имело мало значения.
Он даже испытал к ней симпатию, которую уже было не списать под первое впечатление. Стрэндж знал многих женщин, и мог примерно представить себе, какой реакцией каждая из них приветствовала бы такую встречу: Ирэн Адлер в этот шаблон не вписывалась, что заставляло уважать ее и так же заставляло игнорировать грубый тон Хана, который по определению не мог быть никаким другим. Доктора подкупило то, что женщина не жаловалась на его поведение, хотя имела на то полное право, и что даже относилась к этому с некоторым снисхождением. Правда, слова о том, что на ее шее останутся следы, Стивен не мог проигнорировать, ведь его план с возвратом Ирэн назад во времени должен был включать в себя целую массу деталей. Не уследишь за парой из них, и утром она проснется с непонятно откуда взявшейся отметиной на коже. Может быть, не придаст этому значение, а может быть…
Впрочем, нет. Он смотрел на нее и не мог вообразить, чтобы она оставила без внимания что-то, что портит ее внешний вид. Безупречно одетая, ухоженная, с аккуратными ногтями: очевидно, что следит за собой, не позволяя ни малейшему изъяну коснуться ее тела.
"Ну хватит", - Стивен ловит себя на мысли, что думает об этой женщине слишком много, когда у него есть более важные заботы.
- Хан должен чувствовать себя виноватым, - доктор тихо вздохнул, очень жалея, что не он оказался на месте Хана в том проулке. - Сожалею, но мой друг просто не может держать себя в руках. Мы над этим еще поработаем, а сейчас я просто рад, что он доставил вас сюда в целости и сохранности.
Да, за это следовало благодарить космического пришельца - мог бы и сломать что-то по неосторожности, или даже свернуть шею, посчитав, что для его жизни существует угроза. Тогда доктору пришлось бы разбираться уже с трупом, что, вне всяких сомнений, вышло бы намного проще, однако и вполовину не так увлекательно. Наверняка мертвая мисс Адлер вместе с жизнью теряет большую часть своего женского очарования.
Объяснить все ей, как она того хотела, было бы очень сложно. Как минимум потому, что Стивен сам не имел никаких объяснений, по крайней мере, тех, что устраивали бы его, как мага. А уж что он должен сказать женщине, не имеющей никакого отношения к потустороннему миру - одному богу известно. Он и вовсе не должен с ней объясняться, все было просто: забрать обратно по названному Ханом адресу, развернуть время вспять - желательно аж до того момента, где Хан впервые попался ей на глаза. Привлечь ее внимание в тот момент чем-нибудь другим не составило бы труда - Стрэндж представлял что-то вроде автокатастрофы. На этом все. Никаких волнений для них двоих, никакого беспокойства для леди.
И почему он тогдя тянет, почему подыскивает слова для нее?
- Хан, обсудим подробности немного позже. И сейчас не имеет значения, что я скажу, мисс Адлер не вспомнит абсолютно ничего. Но это не повод быть с ней невежливым, - Стивен кивнул, понадеявшись на то, что "друг" достаточно хорошо его понял, а потом взял Ирэн за руку и повел в обход массивного рабочего стола к креслу, в котором сам недавно сидел. Мантия предусмотрительно убралась оттуда сама собой, и сейчас Стивен не замечал красных клочков ткани ни в одном углу кабинета - не представлял, где она может быть. - Прошу, присаживайтесь, мисс Адлер, я попытаюсь вам все объяснить, раз уж вам пришлось вынести не только общество Хана, но и дорогу сюда.
Сам он останавливается у окна: по мнению доктора, это лучшее место во всем кабинете, отсюда видно не только всю комнату, а, соответственно, и Хана с Ирэн одновременно, но и улицы Нью Йорка. Ирэн бы тоже их увидела, если бы подошла ближе, но расстояние до кресла не позволило бы ей этого сделать, даже если бы она полностью развернулась лицом к Стивену. Стрэндж считал, что так она не сделает, ведь тогда широкая и высокая спинка закроет Хана от ее взгляда - а она вряд ли захочет оставлять его без присмотра.
Рассказ у доктора получается странным. Он полностью упускает собственное прошлое, только упоминает о профессии - о бывшей, то есть, профессии, - а вот об аварии умалчивает вовсе, словно и не было ее. Получается, будто он просто так решил отправиться в Непал на поиски скрытых знаний, и нашел их. Ради саморазвития, как звучало это из его уст, но на самом деле было ради самосовершенствования, о чем говорить не стоило, ведь даже в глазах той, кто все равно вот-вот это забудет, не хотелось выглядеть более эгоистичным, чем уже и так есть.
По магии Стрэндж проходится вскользь. Нарочно сдерживает себя, потому что стоит углубиться в эту степь, и он уже не удержится от наглядной демонстрации, когда покажется, что Ирэн не верит обычным словам. А стоит перейти к такой демонстрации, как сразу будет ясно - он рисуется перед ней, ведет себя как подросток. Смешно даже просто об этом подумать, вот Стрэндж и не думает: он переходит к рассказу о встрече с Шерлоком, и здесь присматривается к мисс Адлер более внимательно в попытках понять, что ее связывает с Холмсом. На миг мелькнуло даже что-то вроде ревности, но скорее не как конкретное однозначно направленное чувство, а как часто бывает у обычных людей - “почему у него есть то, чего нет у меня”. Не прерывая рассказа, Стивен смотрит на Хана, но его выражение лица все равно не меняется, невозможно отличить эмоций и чувств, невозможно узнать, понял он что-либо или нет.
Когда доходит до встречи с Ханом, доктор пытается быть осмотрительнее, подбирать слова, ведь предмет разговора все еще проминает ногами ковер у двери. Говоря о нем, Стивен на него и смотрит, только изредка переводя взгляд на Ирэн, словно желая проверить, слушает ли она и насколько внимательно. Да и понимает ли: тут и сам доктор мало что понимал.
- Хан нашелся в криокапсуле, ну, понимаете, где людей кладут в заморозку на длительный период, а они потом оказываются живыми. Нам с мистером Холмсом показался крайне любопытным факт его схожести с нами, поэтому сейчас он стоит здесь, - это одновременно и информация для мисс Адлер, и напоминание Хану о том, что он все же обязан им с Холмсом тем, что не замораживается сейчас и дальше. - Как видите, в этом рассказе нет ответа на интересующий вас вопрос, но не потому, что мы что-то от вас скрываем. Просто сами до сих пор не можем его найти.
Он улыбается виновато, разводит руками и делает шаг вперед. Останавливается, положив руку на спинку кресла.
- А сейчас, мисс Адлер, всем нам придется еще раз посетить Гауэр-стрит, чтобы вернуть вас в тот момент, когда вы заметили Хана. Сожалею, но вам всего этого знать не следует.
Это правда - он действительно слегка сожалел.

+2

8

Доверие — та самая несказанная роскошь, которую я никогда не могла себе позволить. Я привыкла соблюдать полную конфиденциальность и действовать без лишнего шума, чтобы не подвергать себя ожидаемой опасности. В моем шкафу, который со временем развернулся до целой гардеробной, скопилось слишком много скелетов, гремящих костями и щелкающих челюстями при любой моей попытке разворошить прошлое. Посему, доверить кому-то ключи от так называемой "гардеробной" равноценно самоубийству. Сейчас я держусь за собственную жизнь пуще прежнего, так что все еще предпочитаю молчать.
А ведь когда-то я чуть не помешалась рассудком и была готова на многое.

https://i.imgur.com/r6KupuP.gif

I tell myself it don't mean a thing,
That what we got, got no hold on me
But when you're not there, I just crumble.

Ты ничего не значишь. Ты для меня ничего не значишь. Ни-че-го!
Крик, пронзающий пустоту стрелами интонаций, заставляет тело пуститься в бесконтрольную дрожь. Отражение в зеркале не вызывает у меня ни капли самодовольства. Изучаю свое усталое лицо, обращаю внимание на предательские мелкие морщины у уголков глаз, неровный тон кожи и прочие неприятные недостатки, которые при невыгодном свете выделяются очень сильно. Возраст для женщины — самый страшный враг, и я понимаю, что медленно теряю свою безупречность. Дама, так пронзительно смотрящая на меня из зазеркалья, совсем непохожа на ту, которую я знала ранее, поэтому я лучше запущу в нее чем-нибудь, чтобы та распалась на мелкие осколки и больше никогда не появлялась.
Мне кажется, что рассудок начал подводить, да так крепко, что одна я не справлюсь с затяжной хандрой. Обращаться к специалисту в моем случае было бы ошибкой, так как вскоре по Лондону пополз бы лакомый слушок о том, что Доминантка потеряла хватку и сходит с ума.
Позволить безумию греметь в душе самым хаотичным набором нот. Потерять себя в четырех стенах, приобрести привычку не смотреть в отражающие поверхности, чтобы не встречаться взглядом с другой собой, которая уже не помнит ни числа, ни имени, ни своего истинного предназначения. Что с тобой стало, мисс Адлер? Неужто ты сдаешься без попыток к восстановлению? Мне больно осознавать, как зависимость может сломать человеческое сознание и растоптать его жизненные принципы. Да не простая зависимость: мне кажется, что любую другую я бы поборола гораздо легче, но не зависимость от человека. Болезнь человеком, самую смертельную болезнь из существующих, победить в одиночку практически невозможно.
Переступить через себя — единственное правильное решение.
И я справилась.
Признаюсь: я все еще, пусть и редко, но отправляю смс-сообщения, да только не уверена, что они вообще сдались адресату. Это своего рода пилюля от очередного приступа привязанности. Уложил ураган, бушующий внутри, в несколько простых слов, и эффект плацебо работает как часы.

Мистер Стрэндж уверенно вкладывает свою ладонь в мою, тем самым пробуждая от очередного приступа губительных воспоминаний. Я готова всеобъемлюще погрузиться в его рассказ, но только с тем условием, что он полностью разрушит тот фантасмагорический образ, который приняла ситуация.
Мужчина с зачесанными назад волосами непохож на обычного жителя земного шара. А если он коим когда-то являлся, то с ним, видимо, произошли некоторые метаморфозы после секретных опытов, ведь как еще объяснить то, что Хан провел годы в криокапсуле, назначение которой мне пытается объяснить Стивен Стрэндж. Посему, Хан зарабатывает от меня прозвище "мистер Пришелец", ибо природу его естества мне сложно разгадать. Стивен, напротив, мыслит как некогда простой смертный, но и он не так прост хотя бы потому, что его рассказ о бывшей профессии врача, о Непале, о магии и прочих немыслимых вещах не имеет ничего общего с реальным миром, который простые смертные видят каждый день. На моем лице рисуется игривая улыбка, как знак того, что я поглощена рассказом о несуществующих вещах. Мистер Доктор это прекрасно чувствует и не продолжает углубляться в душещипательную историю его жизни, а лишь пытается изобразить ее в общих чертах. И я бы продолжала вносить в восприятие всего вышесказанного безукоризненный скептицизм, если бы не злосчастная накидка из красного бархата, перемещающаяся по комнате самостоятельно. Я с любопытством наблюдаю за поведением волшебного плаща и пытаюсь разглядеть поддерживающие нити, с помощью которых осуществляются беспорядочные перемещения материи, но не вижу ничего похожего. Пожалуй, после встречи с двумя идентичными внешне копиями Шерлока я предпочту более ничему не удивляться.
Откинув все чудеса, происходящие вокруг меня и обретающие статус удивительного представления, могу без зазрения совести сказать: какие же передо мной стоят прекрасные джентльмены! Статные и представительные, один — знаток по стрельбе молний взглядом, другой — обаятельный дипломат. Зачем же страдать по гениальному сыщику, которому даже от комбинации слов "женщина" и "отношения" становится не по себе? Судьба предоставила мне знатную награду за все перенесенные страдания и предлагает выбрать мужчину такого же вида, только с улучшенными внутренними качествами. Мистер Пришелец явно выделяется грубостью и лепит из себя плохого, безэмоционального мальчишку, который уже успел заработать десять поводов его наказать. Мистер Доктор, наоборот, чрезвычайно проницателен, знает чувство такта и старается проявить ко мне максимум уважения, за что я бы его страстно отблагодарила.
Все было бы слишком просто, коли так. Но женская душа — потемки, и моя ни коим образом исключением не является. В моей жизни было много мужчин. Мужчин, которые брали самыми разными способами: внешностью, состоятельностью, неплохим складом ума, настойчивостью. Но не было ни одного, который смел бы мне отказать. Эти два распрекрасных мальчика, стоящих рядом — один впереди, а другой за спиной — тоже мне не отказали бы, по крайней мере, в мистере Докторе я уверена на сто процентов с лишним. Я четко ощущаю, как он раздевает меня глазами. Хочу спросить у Стивена в шутку, не желает ли он видеть меня без одежды, чтобы больше не мучить собственную фантазию, но меня сдерживают манеры. Да, определенно, манеры — самое главное в женщине, какой бы образ жизни она ни вела.
Мои новые знакомые болтают слишком долго. В голове стоит звон от их пустого спора, и по впечатлению сия красноречивая беседа затянулась на целых полгода, не меньше. — Я тоже рада встрече с вами, - легкий прищур и мягкая улыбка. В компании этих двух мужчин, один из которых недвусмысленно намекает на мою смерть, а второй пытается угодить добрым словом, я и сама не заметила, как начала чувствовать себя комфортно, что по природе своей крайне неожиданное ощущение. И даже если толика волнения все еще меня не отпускает, то на вид я абсолютно спокойна и не скрываю неподдельного интереса.
Мистер Доктор говорит, что я скоро обо всем забуду, и я не понимаю, с чего это я должна. — Вы все так интересно рассказываете, мистер, но, как я понимаю, вы хотите стереть мне воспоминания об этой судьбоносной встрече?
Я едва ли могу представить, как будет проходить сия процедура, потому что ничего не смыслю ни в магии, ни в инопланетных формах жизни. Складываю руки крестом на груди. — Если вы опасаетесь огласки, то я могу сделать вид, что ничего не видела и удалиться из здания прямо сейчас. Гарантирую, что об этом никто не узнает. - стараюсь сохранять спокойный тон голоса, чтобы не быть уличенной в страхе, так как моей визитной карточкой всегда была и остается невозмутимость.

+3

9

Хан лишь покачал головой, когда Стрэндж заговорил о вине, а вот благодарность пришлась весьма кстати, потому что в воле иноземного гостя было предпринять, что угодно по отношению к человеку, решившему так неосмотрительно преследовать одного из самых опасных личностей своего времени да и этого времени тоже, если бы только Евгенические войны состоялись планета Земля выглядела бы совсем по-другому и обладала бы космическими технологиями уже сейчас, но подобного не случилось. В какой-то из мгновений история выбрала совсем иной путь, разветвляя и без того огромное дерево под названием жизнь, случайность за случайностью и вот, люди этого измерения только-только начинают осваивать ближний космос, а уж о полетах по системе и говорить нечего. Как только Хан добьется влияния - он первым делом бросит все свои знания и силы на то, чтобы защитить Землю от инопланетного вторжения, потому что там, судя по битвам Мстителей, все же не было так безжизненно и пусто, как хотелось бы, а свою добычу Хан не привык ни с кем делить. Слишком уж лакомым кусочком была Земля, не зря число ее защитников росло поистине в геометрической прогрессии, на всех фронтах, кроме того, с которого хочет зайти Хан. Но об этом еще рано было говорить. Мысли о завоевании всего и вся не оставляли его ни на минуту, такова была его природа, и любая ситуация в его голове раскладывалась как стратегический план. Иноземный гость думал, какую пользу можно извлечь из данной встречи, а если нельзя, то и смысла в этом пустом общении нет. Однако пока оставался в роли наблюдателя, как и хотел, хоть и скептически относился к желанию доктора все рассказать этой женщине. Даже несмотря на явные намеки Стрэнджа о стирании памяти, все равно оставался риск, что что-то в ее голове да останется. На самом деле Хану не хотелось бы терять Ирэн из виду. Не так уж и много он видел женщин среди людской расы, которые не копировали бы в своем поведении мужчин, а были сильны именно своей сутью, своими невероятными чарами, манипулированием и добивались желаемого не прямым ударом, а многоходовыми играми. Надо сказать интеллектуальное сражение с таким противником было бы очень занимательной игрой. Возможно, именно это и подкупило Шерлока, когда он встретил Ирэн Адлер, охотник до битвы умов и заковыристых загадок он встретил самую главную из них в своей жизни, но вряд ли сумел бы разгадать. Да и никто из них бы не сумел, возможно только приблизился бы к ответу, как тот тут же упорхнул прямо из рук. Сохраняя ясность ума, Хан не без интереса наблюдал за поведением Ирэн и Стрэнджа во время разговора. Последний явно был покорен невероятной уверенностью и привлекательностью этой женщины. Скорее всего, она волновалась, оказавшись в незнакомой обстановке, но ни один жест, ни одно слово или взгляд не выдавали этого. Хан бы с удовольствием завоевал себе такого союзника. Эта женщина, во-видимому, всегда знала чего хочет и что делает. Даже сейчас, каким-то неведомым образом она влияла на них обоих. И ладно Стрэндж, он все же человек, хоть и обладает необычными способностями, а вот Хан вообще не должен реагировать на чары, у него попросту выключен этот отвлекающий фактор, но все же, чем больше расслаблялась она, тем спокойнее становилось и ему. Поистине невероятное зрелище, два манипулятора воздействовали друг на друга незаметно и совершенно без слов. Но это также могло быть простой уверенностью в том, что Ирэн не сбежит, не натворит глупостей и ее не придется убить. Надо сказать, теперь Хан уже не стремился свернуть ей шею во что бы то ни стало, только если настанет крайняя необходимость. Его очень интересовала эта женщина, но не как предмет вожделения, а как очень умный, практически гениальный, и весьма ловкий человек. С ней было бы неплохо работать, особенно учитывая, что на ее воздействие он не поддастся и опасаться в общем-то нечего. И обещать Хан мог бы ей очень многое, взамен на помощь и создание связей в высших кругах, даже больше, чем она могла бы себе представить. Продолжая изучать Ирэн, иноземный гость прислушивался к рассказу Стрэнджа, надеясь подчерпнуть что-то новое. Он уже знал историю мага, как и о его раздутом эго, которое сейчас тот пытался тщательно замаскировать, выдавая себя в самом выгодном свете. Эта битва полов его забавляла и если бы мог, Хан улыбался бы сейчас самой широкой из своих улыбок, но он продолжал оставаться безучастным, давая спектаклю продолжаться. Наверное, стоило бы покинуть комнату и оставить этих двоих, но скорее всего, именно этого Ирэн и добивалась, может неосознанно, но в воздухе так и витал флирт, а Стрэндж, в прошлом тот еще дамский угодник, да и в настоящем, скорее всего, тоже, не мог упустить из виду столь роскошную женщину.
Когда доктор дошел в своем рассказе до него, все же Хана покоробило то, что он с такой легкостью выдает информацию. И пусть Ирэн вряд ли полностью во все верила, а затем как-то использует полученные данные, но все же так рисковать не стоило. Он мог представить, что творилось в ее голове от обилия странной информации, непривычной и чуждой, однако снова, это никак не отражалось внешне. Надо будет потом побеседовать с Шерлоком, узнать о ней все и понять, насколько она дорога детективу. Знание слабых мест никогда не бывает лишним. А вот Стрэндж похоже попался в ее сети, даже не понимая этого, что уж говорить, если сам Хан невольно восхищался выдержкой и умом этой женщины.
Но все же доктор еще видел границы, ясно давая понять, что без стирания памяти тут не обойдется и Хан был с ним согласен. Возможно, после он сам выйдет на Ирэн, предложит сотрудничество, от которого она вряд ли сможет отказаться, как ни крути, а сегодня у него появился еще один возможный союзник и это радовало. Совсем скоро он приступит к исполнению своих планов, а пока пора было проводить гостью домой. Ожидаемо та отказывалась от того, чтобы кто-то подчистил ей воспоминания. Но отпускать без процедуры было слишком рискованно. Хан внимательно смотрел на Стрэнджа, надеясь, что тот не отступит от своего решения. Можно было подарить легкую амнезию и без помощи "магии", каким-нибудь препаратом, например. Однако, чтобы найти такой, выяснить все, понадобится время, а столько держать эту женщину взаперти Хан бы не рискнул, учитывая силу ее воздействия на мужчин и на них обоих в частности. А если она станет сопротивляться, то силовые методы тоже никто не отменял.
-  Мисс Адлер, - после долгого молчания, наконец, подал голос Хан. - Думаю, вы и сами прекрасно понимаете, что теперь знаете слишком много. И честно говоря, я, не моргнув глазом, лишил бы вас жизни. Но вы очень умная и находчивая женщина, которая может иметь гораздо больше влияния, чем сейчас, какое бы оно у вас ни было есть предложение куда выгоднее. Однако для того, чтобы все получить, вы должны послушать нас и вернуться на место нашей с вами встречи. Мы еще увидимся. В противном случае, я вынужден буду применить крайние меры, доктор слишком гуманен в таких вопросах.

0


Вы здесь » iCross » Альтернатива » Same same but different